Арам Хачатурян: лирическое дыхание и симфоническая душа Армении

Родившийся 24 мая 1903 года в Тифлисе и ушедший из жизни 1 мая 1978 года в Москве, Арам Хачатурян остаётся одной из величайших фигур армянской и советской музыкальной истории. Создатель первой симфонии, первого концерта, первого балета и первой музыки к звуковому фильму в Армении, он сумел возвести величественный мост между сокровищами восточного фольклора и строгостью симфонической традиции.

От улочек Тифлиса к открытию музыки

Арам Хачатурян вырос в семье родом из области Гохтн — исторической колыбели певцов и музыкантов, воспетой когда-то Мовсесом Хоренаци. Его отец, Егия, переплётчик из села Верхняя Аза близ Ордубада в Нахичевани, обосновался в 1870-х годах в Тифлисе, культурном перекрёстке Кавказа того времени. Мать, Кумаш Саркисовна, была родом из Нижней Азы. Младший из четырёх братьев и сестры, юный Арам с детства впитывал народные песни, напевавшиеся дома, атмосферу праздников и мелодии уличных музыкантов и традиционных бардов.

Во время учёбы в пансионе Аргутинской-Долгоруковой, а затем в коммерческом училище Тифлиса Хачатурян знакомится с фортепиано, валторной и тубой в школьном духовом оркестре, ещё не помышляя об артистической карьере. В 1915 году, спасаясь от османской угрозы, семья ненадолго уезжает в Екатеринодар к старшему брату Арама, после чего возвращается в Тифлис. Лишь в 1921 году судьба делает крутой поворот: он отправляется в Москву к брату Сурену, тогда режиссёру Московского Художественного театра. Начав учить нотную грамоту только в 19 лет, он поступает в Музыкальное училище имени Гнесиных по классу виолончели к Сергею Бычкову, а затем к Андрею Борисяку, одновременно изучая биологию в Московском государственном университете. С 1925 года он переходит в класс композиции Михаила Гнесина, а затем продолжает обучение в Московской консерватории под руководством Николая Мясковского, Рейнгольда Глиэра и Сергея Василенко.

Укоренение в армянском наследии

Для Хачатуряна классическая музыка черпает свою суть в народной песне. Наследие музыковеда Комитаса, которого он считал своим величайшим учителем, а также пример Александра Спендиарова и Романоса Меликяна заложили фундамент его творческого метода. Уже в первом опубликованном произведении — Танце для скрипки и фортепиано (1926) — в его письме отчётливо зазвучали армянские интонации. Его Первая симфония (1934–1935), написанная в качестве дипломной работы в консерватории в честь пятнадцатилетия республики, вызвала восхищение Дмитрия Шостаковича.

В 1935 году он пишет музыку к картине Пэпо, первому звуковому армянскому фильму режиссёра Амо Бек-Назарова, начав долгий путь работы для кино и театра. Летом 1939 года Хачатурян проводит шесть месяцев в Армении, чтобы глубоко изучить национальные танцы и музыкальный фольклор. Это погружение послужило основой для создания его первого балета Счастье, либретто которого, написанное Геворгом Ованесяном, отображало жизнь армянской деревни. Этот материал был переработан в годы Второй мировой войны и дал жизнь его хореографическому шедевру — балету Гаянэ.

От сценических триумфов к идеологическим потрясениям

Премьера балета Гаянэ, состоявшаяся 9 декабря 1942 года в Перми силами эвакуированной труппы Кировского театра в дни блокады Ленинграда, обернулась мгновенным триумфом и принесла композитору Сталинскую премию первой степени в 1943 году. Хачатурян передал сумму этой премии на строительство танка для Красной армии. Знаменитый Танец с саблями из этого балета обрёл всемирную известность. В 1944 году он пишет музыку государственного гимна Армянской Советской Социалистической Республики.

Наряду с балетами выдающийся инструментальный цикл составляют его концерты: Концерт для фортепиано (1936, посвящённый Льву Оборину), виртуозный Концерт для скрипки (1940, впервые исполненный Давидом Ойстрахом) и Концерт для виолончели (1946, впервые исполненный Святославом Кнушевицким). Он также пишет музыку к спектаклям Валенсианская вдова Лопе де Веги (1940) и Маскарад Михаила Лермонтова (1941), чей знаменитый Вальс вошёл в сокровищницу мирового репертуара.

Несмотря на высокое положение в Союзе композиторов СССР, в январе 1948 года Хачатурян подвергается жестоким нападкам в связи с постановлением Центрального комитета, инспирированным Андреем Ждановым. Обвинённый в «формализме» наряду с Сергеем Прокофьевым и Дмитрием Шостаковичем — в частности, из-за своей Третьей симфонии, — он временно подвергается цензуре и вынужден уехать в Армению, прежде чем в конце 1948 года добивается реабилитации благодаря музыке к фильму, посвящённому Ленину.

В 1954 году он завершает монументальную партитуру балета Спартак, премьера которого состоялась в 1956 году в Кировском театре и который был удостоен Ленинской премии в 1959 году. Адажио Спартака и Фригии остаётся одной из вершин эмоционального накала и драматической выразительности в мировом балетном искусстве.

Педагог и живая память

С 1950 года Хачатурян пробует себя в дирижировании и объезжает около сорока стран, исполняя собственные сочинения. Будучи профессором Института имени Гнесиных и Московской консерватории, он прививает преданность национальным истокам многочисленным ученикам, среди которых армянские композиторы Эдгар Оганесян и Микаэл Таривердиев. Его плодотворное влияние глубоко отразилось на творчестве таких современников, как Арно Бабаджанян, Александр Арутюнян и Эдвард Мирзоян.

Кавалер ордена Ленина, удостоенный в 1973 году звания Героя Социалистического Труда, а в 1974 году — командора французского ордена Искусств и литературы, Арам Хачатурян скончался в Москве в 1978 году. Его прах покоится в Ереване, в Пантеоне имени Комитаса, рядом с корифеями армянской культуры, такими как Мартирос Сарьян и Аветик Исаакян. В 1985 году в Марсельской консерватории Гастоном Деффером в присутствии Эдварда Мирзояна был открыт бюст композитора работы скульптора Левона Токмаджяна. В Ереване его наследие живёт в доме-музее на улице Заробяна, в носящем его имя престижном концертном зале и в международном конкурсе, учреждённом для открытия новых талантов.